Украина против Росси в суде ООН

Украина судится против России

Закончился второй день устных слушаний, и можно подвести итог. Подводим: Россия настаивает на том, что судиться рано, потому что Украина не достаточно вежливо вела досудебные переговоры. Лол, што?

Коля Юрлов, Таня Медяник, Дима Гадомский, Виталик Чемерис, Иван Лищина, Андрей Гук

Иллюстрации Катерины Цибере

Слушать речи представителей РФ и не материться в монитор было трудно даже нам — юристам. Ну вот как не сжать кулаки от фразы представителя России:

“В Украине вооруженный конфликт, есть ужасные потери жизни. Но нет терроризма”?

Потому мы да, матерились. Но на то мы и юристы, чтобы угомониться и с холодным умом объяснить вам цензурными словами, почему все, что мы кричали в монитор, — правда.

О чем спор

В январе 2017 года Украина обратилась в Международный суд ООН с иском против Российской Федерации. У нас две группы требований: первая группа о финансировании Россией террористических организаций на востоке Украины, вторая — дискриминация крымских татар на территории Крыма.

Требования основаны, соответственно, на двух Конвенциях:

(1) Международной конвенции по борьбе с финансированием терроризма (ее еще называют ICSFT, но мы будем называть ее Конвенцией о терроризме) и

(2) Международной конвенции о ликвидации всех форм рассовой дискриминации (известна также как CERD, но а мы будем называть ее Конвенция о дискриминации).

Вообще, после агрессии России Украина подала несколько заявлений в международные инстанции. Кроме этого процесса в суде ООН мы еще судимся против России в:

  • Европейском суде по правам человека (ECHR) — 5 дел. Два больших дела, которые рассматривает Большая палата: одно — по Крыму, другое — по Донбассу. Одно дело — по детям, которых в 2014 году вывезли в РФ, и два дела — по политическим заключенным и морякам, захваченным в Керченском проливе.
  • Международном морском арбитраже (ITLOS) — о задержании украинских кораблей в Керченском проливе.
  • Есть еще два обращения в международный уголовный суд (ICC) — тот, который не признает Россия, и
  • Дела, в которых частные компании судятся в международных нвестиционных арбитражах: инфа раз, инфа два.

Так что замес серьезный, но вернемся к процессу в суде ООН.

Так мы вроде проиграли суд в ООН?

Некоторые российские издания писали в апреле 2017 года, что Украина с треском проиграла первый раунд — процесс в части применения обеспечительных мер. Это не так.

В российской прессе вообще судебные процессы освещаются без особого стеснения за стандарты журналистики, но черт с ними, сейчас не об этом.

🤷‍♂️https://www.gazeta.ru/politics/2019/06/02_a_12389923.shtml

Итак, в марте 2017 года — через три месяца после подачи основного иска — состоялись слушания по поводу применения обеспечительных мер. Суд тогда удовлетворил ходатайство только в части немедленного прекращения дискриминации крымских татар. В части прекращения финансирования терроризма суд сказал, что Украина не доказала, что Россия финансировала боевиков именно с намерением совершать именно террористическую деятельность.

А теперь слушания по сути?

Еще нет.

Россия не спешит признавать юрисдикцию суда ООН рассматривать этот спор. Это может выглядеть так, будто ты бросил с балкона окурок человеку на голову, тот назвал тебя мудаком, а ты густо быкуешь в ответ, угрожаешь спуститься и надрать ему задницу, но не спускаешься. Пусть даже и так, Россия не нарушает процесс.

Четыре дня, два из которых уже прошли, стороны будут излагать свои аргументы лишь в части того, может ли Международный суд ООН рассматривать этот спор.

Так, ну а теперь мясо

Украина слева, Россия — справа

Особенность споров между государствами в том, что государства должны согласиться на определенную процедуру рассмотрения споров между ними. Нет какого-то одного международного Печерского (или Басманного) суда, который мог бы рассмотреть любой спор. В паутине многосторонних договоров нужно сперва разыскать, на что согласились Украина и Россия, а затем сформулировать требования так, чтобы не нарваться на какую-то оговорку, что судья должен быть обязательно левшой, или мы готовы спорить обо всем кроме военных конфликтов.

Сейчас заруба происходит вокруг того, есть ли вообще спор по Конвенциями, достаточно ли вежливо Украины вела переговоры с Россией по терроризму и дискриминации, а также, собственно, о каком финансировании терроризма и какой дискриминации идет речь.

Есть ли спор

Вопрос может звучать дико, но спокойно, логика тут такая: Украина обратилась в суд по поводу нарушения двух конвенций — Конвенции по терроризму и Конвенции по дискриминации — соответственно, Украина должна сформулировать суть спора именно в рамках этих конвенций.

Так вот, Россия усмотрела, что Украина пытается под видом спора о дискриминации доказать нелегальность аннексии Крыма, а под видом финансирования терроризма доказать, что Россия оккупировала Донбасс.

Украина же отвечает, что она, конечно, недовольна аннексией и захватом территорий, в данном процессе речь идет о чуть другой стороне конфликта — как раз о той, которая подпадает под действие Конвенций о финансировании терроризма и дискриминации.

Переговоры

Обе Конвенции предусматривают, что стороны должны провести досудебное урегулирование. Россия настаивает на том, что Украина проводила переговоры недобросовестно, т.е. только для проформы, даже не пытаясь решить спор мирно, как того требуют Конвенции. На что Украина отвечает, что она пыталась проводить переговоры, но российская сторона или отказывалась в них участвовать, или затягивала процесс.

Если вы думаете, что вопрос плёвый, то нет, вопрос важный. В деле Грузия против России суд не признал своей юрисдикции рассматривать спор именно потому, что Грузинская сторона не пыталась урегулировать конфликт с Россиией. А адвокаты, которые в том деле представляди Россию, представляют ее и в этом деле.

Украина урок выучила и показала суду вот такой таймлайн о переговорах:


Терроризм

Россия упорно возражает против того, что происходящее в Донбассе — это терроризм. Это давно известная и последовательная позиция России в суде ООН.

MH17

Это самый сильный аргумент украинской стороны, потому на нем чуть дольше остановимся.

Россия говорит: если бы боевики т.н. ЛДНР знали, что сбивают гражданский самолет MH17, то их можно было бы смело назвать террористами. Такая презумпция установлена Монреальской конвенцией о борьбе с незаконными актами, направленными на гражданскую авиацию.

Но не тут-то было, эти ребята не знали и не могли знать, что сбивают гражданский самолет. Боевики, люди наивные, думали, что это военный самолет, потому и стрельнули. Так что под Конвенцию о терроризме не попадает.

На что Украина отвечает, что в Монреальской конвенции нет такой презумпции, а если и есть, то Россия притягивает за уши. Даже если допустить, что такая презумпция существует, то передавая боевикам “Бук”, Россия как взрослая девочка обязана была знать, что он не оснащен распознаванием гражданской и военной авиации. Потому это тот случай, когда не мартышка виновата, а тот, кто дал ей заряженный автомат.

Как бы то ни было, Украина предлагает по этому вопросу поспорить на слушаниях по сути, а не на слушаниях по поводу юрисдикции.

Сышыш, кто тут террорист?

Ну или другой пример. Россия говорит, что только Украина называет боевиков ЛНР и ДНР террористическими организациями. Никто в мире их так не называет.

На это Украина разводит руками и говорит, что Конвенция о терроризме не настолько глупа, чтобы устанавливать необходимость какого-то “официального” признания террориста террористом. Важен сам факт того, осуществляет ли организация террористичесике действия или нет.

Обстрелы? А что тут такого?

Последний пример: Россия говорит, что обстрел контрольно-пропускных пунктов — это допустимое явление при военных действиях, которые по факту и происходят. И тут нет никакого терроризма.

Украина показывает карты повреждений и цитирует перехваченные переговоры, из которых ясно, что обстрелы не имели военной цели, а были умышленно направлены на жилые дома. Боевики хотели просто запугать мирных граждан.

Дискриминация крымских татар

Россия говорит, что та дискриминация, о которой говорит Украина, — это не расовая дискриминация, а дискриминация по политическим мотивам, т.е. дискриминация тех крымчан, которые выступают против воссоединения Крыма с Россией, а это выходит за пределы Конвенции.

По мнению России, вопросы права на религию, образование и политическую самоидентификацию не регулируются Конвенцией о дискриминации.

А еще Россия говорит, что даже если это все и регулируется Конвенцией, то не исчерпаны национальные способы разрешения споров (local remedies).

На это Украина отвечает, что Россия в суде пытается искусственно ограничить действие Конвенции о дискриминации, а действия России против крымских татар нужно оценивать не по форме, а по сути. Т.е. имеет значение сам факт дискриминации.

Вот Россия насаждает в Крыму образ украинцев как нацистов, а крымских татар — как исламских экстремистов. Россия, по мнению Украины, системно насаждает российское гражданство, навязывает такую систему образования, где нет украинской и крымско-татарской истории, оправдывает претупления советского режима.

Ну а в отношении local remedies Украина говорит, что эти средства невозможно было исчерпать, поскольку местные российские суды являются частью этой системы, и вместо правосудия они как раз и занимались узакониванием расовой дискриминации.

Команды адвокатов

У обеих сторон сильные команды, наблюдать за их поведением и аргументацией сущее удовольствие (правда, только юридическое). Тем более, профессура одного и того же университета представляют разные стороны спора. Но не только профессура, тут американцы Covington & Burling LLP играют против российского адвокатского бюро Иванян и партнеры. Мы копнули, что за люди и что они сделали для хип-хопа, и вот вам самые интересные лица.

Украина



Слева направо: Марни Чик (Marney Cheek), Жан-Марк Тювенин (Jean-Marc Thouvenin), Елена Зеркаль



Слева направо: Гарольд Гонджу Коу (Harold Hongju Koh), Джонатан Гимблетт (Jonathan Gimblett) и Девид Зайонтс (David M. Zionts)

Лана Зеркаль — играющий тренер украинской команды. Она заместитель министра иностранных дел Украины, глава украинской делегации.

На позиции форварда играет королевский адвокат (QC) Жан-Марк Тювенин, партнер Sygna Partners, профессор Университета Парижа Нантер. Трое профессоров этого университета играют за россиян.

В полузащите у Украины Гарольд Кох, профессор Йельского университета. В начале 90-х он участвовал в судебных процессах против правительства США по гаитянским беженцам в заливе Гуантанамо на Кубе. Был советником Госдепа при Обаме, является апологетом применения Соединенными Штатами беспилотников против боевиков в Афганистане.

Украину представляют целых семь юристов Covington & Burling LLP. Фирма основана в Вашингтоне в 1919 году, сейчас у них 1000+ гребцов в 13 офисах по миру. В Украине Covington известны тем, что представляли Нафтогаз в споре против РФ.

Россия

Российская делегация почти втрое больше украинской — их 40 человек.



Сэмюэль Вудсворт (Samuel Wordsworth), Дмитрий Лобач, Андреас Циммерман (Andreas Zimmermann)



Слева направо: Alain Pellet, Григорий Лукьянцев, Mathias Forteau

Если Украину представляет матерая Covington & Burling LLP, то Россия десантировала в Гаагу государственных служащих (например, три представителя следственного комитета РФ зачем-то) и видную профессуру.

Целых 5 юристов выделило российское бигло “Иванян и партнеры”. Эти ребята существуют на рынке с 2006 года, у них 90 юристов и множество, как мы поняли, государственных заказов. Ну а мировой юридически сознательной общественности фирма известна тем, что представляла Россию в Европейском суде по правам человека в упомянутом выше деле “Грузия против России”, вела дела в международных судах против ЮКОСа. Злые языки, вроде “Анонимного интернационала” говорят, что это “Иванян и партнеры” рассматривалось в качестве юридического советника правительства России по аннексии Крыма. В общем, кто-то мог бы назвать их знатными и последовательными засранцами, но не мы, потому что мы (а) юристы и (б) это респектабельное медиа с журналистскими стандартами!

Кстати, интересно, что в составе делегации 5 представителей от “Иванян и Партнеры”, среди которых только один адвокат и партнер — господин Торхановский.

Форвард таранного типа от России — Сэмюэль Вордсворт, королевский адвокат (QC), он же представляет Россию в Гааге по делу сбитого Малазийского пассажирского лайнера МН17.

В полузащите другой интересный представитель — Майкл Свейнстон, королевский адвокат (QC) представлял Россию в Страсбургскому суде по делу Грузия против России. Шон Огей — английский адвокат, известен тем, что представлял Иран в деле “Иран против США” здесь же, в международном суде ООН. Кстати, представлял вместе с Жан-Марком Тювенином, который сейчас работает на Украину.

В защите стоят четыре профессора Университета Париж Нантере. Этот университет интересен двумя вещами. Первое: оба президента Франции, Макрон и Саркози, его выпускники. Второе: главный представитель Украины в этом деле тоже профессор этого университета.

О чем будут заседания завтра-послезавтра?

6 и 7 июня будет следующий раунд слушаний по юрисдикции. Завтра выступают представители России, они будут отвечать на позицию Украины, которую мы озвучили во вторник.

А 7 июня то же самое сделает Украина.

Затем будем ждать, признает ли суд свою юрисдикцию рассматривать спор.

Когда же будут слушания по сути?

Если суд решит рассматривать спор, то он назначит дату слушаний.

Хотя суд еще не принял решение о юрисдикции, Украина уже подала свой основной меморандум по делу. Это 447 страниц жесткого междунродного юридического чтива + еще 17 тысяч страниц приложений. Россия должна будет подать свой контрмеморандум до 12 июля.

В общем, позиция России выглядит так: ничего это не терроризм, а военные действия. Ничего это не дискриминация крымских татар, вы просто хотите признать аннексию незаконной. И позиция именно такая, потому что нет ни одного суда в мире, который мог бы рассмотреть спор про захват Россией территорий Украины.

Коля Юрлов вел текстовую трансляцию первого и второго дня слушаний. Завтра он продолжит — ждите на нашем ФБ.


Мертвые юристы делают все эти тексты по собственной инициативе. Мы не нищеброды, но нам не помешает деньжуля для того, чтобы делать больше таких материалов. Дать ее нам можно тут —